Жесткая критика, горькая язвительная сатира, а порой, откровенные проклятия всегда были свойственны религиозной дискуссии на Святой Земле. Стоит лишь почитать библейских пророков. Такой же накал страстей отличает и евангелия, написанные в пору, когда евреи и христиане еще ощущали себя единой религией. Иисус ощущал себя набожным иудеем, «не отменить я пришел, но исполнить» (Матф. 5:17). Когда Иисус бранил евреев, называл их «дети дьявола», то имел в виду, «мы, евреи, дети дьявола». После разрушения Второго Иерусалимского Храма в 70 г. н.э. из всей пестроты иудаизма уцелели всего две секты - фарисеи и назареи - по имени своего основателя, Иисуса Назаретянина. Они и дали начало двум новым религиям, определившим лицо современного мира. Полемические страсти продолжали бушевать в писаниях Иоанна Богослова, Василия Великого, Ефрема Сирина и других отцов Церкви с одной стороны, и в антихристианских сатирах мудрецов Талмуда с другой…

...каноническая версия гласит о том, что Амана повесили, но целый ряд библейских переводов называет казнь Амана распятием. В свою очередь иудейское анти-евангелие Х века «Толдот Йешу» «История Иисуса или Повесть о повешенном» рассказывает историю незаконнорожденного Йешу (Иисуса), сына римского солдата Пантеры, изнасиловавшего его мать. Йешу, колдун - баал-шем обманом заполучил в Храме амулет с полным именем Бога, который единственно и позволял совершать чудеса. Зная о грозящем наказании, Йешу закляв все деревья из страха быть повешенным. Мудрецы отобрали у колдуна и лжеучителя амулет и, чтоб обойти заклятие, повесили его на колоссально разросшейся от их молитв капусте…

В эссе 
 Михаэль Дорфман “Первый антииудейский декрет”